Частушка, которая объясняет эпоху, породившую Демьяна Бедного

03.11.2026

«В государственном лото я спустил свое пальто, портсигар и два кольца. Гоп-ца-дрица-гоп-ца-ца!» Эти строки публициста Сергея Ефремова из 1920-х годов с фольклорной точностью фиксируют момент, когда азартные игры стали массовым явлением, а государство из борца с ними превратилось в их организатора.

Как власть и азартные игры несколько раз менялись местами

В 1920-е годы советская власть прошла полный цикл отношений с индустрией азарта. Сначала большевики объявили тотальный запрет на казино и карточные притоны. Затем в условиях нэпа частично легализовали игорные заведения и лотереи. После волны скандалов с растратами казино были закрыты «по просьбам трудящихся». Параллельно государство выстроило монопольную систему лотерей, которая превратилась в мощный инструмент финансовой и идеологической мобилизации.

1917–1921: запрет объявили, но игра никуда не исчезла

Сразу после революции большевики постановили ликвидировать все казино, клубы и притоны. На практике реализовать это оказалось невозможно. Заведения уходили в подполье, а население продолжало играть в карты, лото и устраивать «самочинные» розыгрыши. Уже через полгода Михаил Калинин предложил легализовать игорные дома и обложить их 10–30% налогом, но поддержки тогда не получил.

Азарт конкурировал даже с политической мобилизацией. Органы внутренних дел фиксировали в сводках характерные эпизоды. В селе Бажай кулак Чернов устроил лотерею одновременно с предвыборным собранием. На собрание пришли 30 человек, на лотерею 70. Логика была проста: главным призом в таких розыгрышах обычно служила водка.

Голод в Поволжье развернул политику на 180 градусов

Экономический кризис и голод в Поволжье в начале 1921 года вынудили правительство разрешить благотворительным организациям проведение лотерей, часть доходов от которых направлялась на помощь голодающим. Советы на местах получили право фактически покровительствовать казино на своих территориях.

Казино при нэпе: легальная индустрия за несколько недель

В ноябре 1922 года президиум Моссовета заключил договор с гражданами Разумным и Евреиновым, предоставив им монополию на открытие игорных заведений в Москве сроком на три месяца. Через несколько недель в столице уже работали четыре площадки: «Савой», «Прага», «Эрмитаж» и «Зон», позднее переименованный в «Монако».

Кто играл и во что

Социальный портрет публики был пестрым: торговцы, служащие, крестьяне. Ассортимент игр включал преферанс, винт, макао, баккара, рулетку, лото и даже шахматы. Бывший приказчик Никита Окунев так описывал посещение казино в октябре 1922 года: «Вход 4 млн, ставки 1 млн, 5 млн, 10 млн. Проиграл 8 млн из любопытства. За столом рулетки проигрывают и выигрывают в один вечер миллиарды». Денежная лихорадка инфляционной эпохи превращала астрономические цифры в обыденность.

Современные ученые связали жадность с более высоким риском проблемного гемблинга, но в то время об этом не было известно — люди просто играли, потому что у них была такая возможность.

«Остров старого времени» с коврами и лакеями

После ремонтов казино обзавелись коврами, тропическими растениями, лакеями в ливреях. Один из завсегдатаев назвал их «островом в океане Республики и государством в государстве», где «на престоле сидит всеми повелевающий капитал». Параллельно на частных квартирах процветали нелегальные «игровые притоны» с картами, выпивкой и непременными прокурорами среди гостей.

Причем такие притоны были частью обыденности. Даже поэто революции Демьян Бедный, говоря про Троцкого и Ленина, сравнивал их с козырной парой.

Дзержинский получает доклад о казино

Уже в сентябре 1922 года доклад о работе игорных домов лег на стол председателю ГПУ. Дзержинский запросил справку о происхождении заведений и распорядился составить списки посетителей. «Было бы очень хорошо, если бы можно было возбудить официальное дело, найдя достаточно солидный повод», отметил он. С этого момента проверки стали системными.

Как «исчезали» деньги при размене

Ревизоры вскрыли показательную схему. Крупье вызывал сообщницу, передавал ей неучтенные купюры для размена, а назад получал сумму, уменьшенную вдвое. Разница делилась между участниками. Такие практики подрывали саму идею легализации и давали весомые аргументы сторонникам запрета.

Рабочий день длиной в сутки и ночлег на стульях

Подотдел охраны труда Моссовета в конце 1923 года обнаружил «вопиющие беспорядки в эксплуатации служащих». Низший персонал, набранный из крестьян голодающих губерний, работал буквально бесконечно:

• смены начинались в восемь вечера и заканчивались в пять вечера следующего дня
• малолетние курьеры трудились столько же
• в «Эрмитаже» уборщица с ребенком спала на трех стульях в прокуренном зале
• в «Монако» служащие жили в подвале, куда стекали нечистоты

На вопрос инспекторов «Сколько часов они работают?» руководство отвечало: «А сколько понадобится». Эксплуатация, антисанитария и финансовые махинации складывались в удобный политический повод для кампаний против казино.

Казино как «магнит» для казенных денег

В 1926 году началась борьба с растратами, и казино были назначены одним из главных символов порока. Два показательных дела обозначили тенденцию. Агент кооператива московского общества слепых Гранов за полгода проиграл 9 тыс. рублей и получил пять лет. Заместитель председателя общества «Международный красный стадион» Бабкин, бывший командир полка и дважды приговоренный к расстрелу в Гражданскую, проиграл 24 тыс. рублей и был осужден на десять лет.

Закрытие казино оформили «по многочисленным требованиям населения». Рабочие пуговичной фабрики требовали ликвидировать «рассадники растрат». Депутаты Краснопресненского района отчитывались о зачистке бильярдных в пивных. К 1929 году легальные казино исчезли.

Лотереи: от благотворительности к государственному инструменту

Первые розыгрыши и ритуал проверки билетов

Декрет СНК 1921 года разрешил лотереи, если средства шли на борьбу с голодом, соцобеспечение, здравоохранение и просвещение. Призы были скромными: шубы, швейные машинки, носки, посуда. Но популярность оказалась оглушительной. Проверка билетов на почте или в Госбанке превратилась в повседневный ритуал миллионов людей.

Частники, театр и приз «вплоть до бюста Ленина»

Лотереи устраивались перед кинопоказами и спектаклями, а призами становилось все что угодно. Писательница Мариэтта Шагинян записала в дневнике 29 ноября 1924 года: «Пошли в кино и там приняли участие в лотерее. Я заявила, что просажу "все состояние", но выиграю голову Ленина. Так оно и вышло». Лотерея становилась частью массовой культуры.

Схемы «передоверия» и конфликт за игрока

Организации, получив разрешение на розыгрыш, нередко передоверяли право частникам, оставляя себе крохи. В одном случае из 4735 рублей выручки благотворительному комитету досталось лишь 816 рублей 97 копеек. В Витебске коммерческий клуб «Лото» для инвалидов войны столкнулся с конкурентом от общества «Друзья детей». Горсовету пришлось навязать «соломоново решение» о совместном использовании заведения.

Осенью 1927 года СНК безусловно запретил все частные лотереи на территории СССР. Парадокс состоял в том, что запрет не уничтожил практику, а закрепил государство как единственного организатора.

Кругосветка за полтинник и автомобиль из лотерейного барабана

Одной из первых масштабных гослотерей стал розыгрыш Осоавиахима: около 1 млн билетов по 50 коп., призовой фонд 210 тыс. рублей, 11 093 приза. Главный выигрыш — кругосветное путешествие стоимостью 7500 рублей. Его получил счетовод из Рыбинска Александр Казаринов. На острове Эллис-Айленд его поместили в барак для нелегальных мигрантов и допросили о намерении «ниспровергнуть правительство США». После Европы, Америки, Японии и Китая Казаринов вернулся в Москву и стал штатным лектором Осоавиахима.

На волне успеха развернулись лотереи Автодора (автомобили «Форд АА», глиссеры, мотоциклы) и ОЗЕТ (сельхозинвентарь). Тиражи превысили 6 млн билетов. Распространение все активнее шло через административный ресурс: коллективная подписка в армии, обязательные закупки через партийные ячейки на заводах. При этом с выплатами возникали проблемы. Победители книжной лотереи жаловались, что заведующие ОГИЗом «отделываются посылкой в сберкассу», где никто не знал о розыгрыше.

Какой стала итоговая модель к концу 1930-х

К концу десятилетия конструкция приобрела законченный вид. Казино ушли под полный запрет. Лотереи закрепились как контролируемый государством механизм финансирования «общественных» задач и массовой мобилизации, включая пропаганду и административное распределение билетов.

Что было дальше

До войны денежно-вещевые лотереи продолжали проводиться. Затем последовал перерыв до 1956 года, когда был организован специальный розыгрыш в честь фестиваля молодежи и студентов. Первый тираж знаменитого «Спортлото» состоялся в 1970 году. Казино в Советском Союзе так и остались под запретом.

Почему азарт пережил все запреты

История советских лотерей показывает простую вещь: даже при полном запрете казино азарт не исчезал, а лишь менял форму. Государство так и не смогло искоренить тягу к игре и в итоге взяло ее под контроль, превратив розыгрыши в источник дохода и инструмент мобилизации.

Сегодня многие страны приходят к похожему выводу и постепенно отходят от политики тотальных запретов в пользу регулирования. Ситуацию изменил онлайн-сегмент: международные площадки доступны повсеместно. Авторы обзорного портала респин.инфо отмечают непрерывный рост количества онлайн-казино и их популярности на протяжении последних нескольких лет. Власти страны даже рассматривают вариант с легализацией этого формата виртуального досуга.

Меняются политический строй, технологии и способы оплаты, но люди по своей природе остаются прежними. Тот, кто сегодня делает ставку со смартфона, мало чем отличается от героя частушки Ефремова, спустившего в государственном лото пальто, портсигар и два кольца.